,
Последние новости 2017 Информационно развлекательный портал новости факты события
Работай над очищением твоих мыслей. Если у тебя не будет дурных мыслей, не будет и дурных поступков. (Конфуций)

Яндекс.Метрика

 

 

24.11.2015

Иранское направление России. Персидский поход Кремля: Зачем Путин впервые за восемь лет отправился в Тегеран?

24.11.2015

 

Иранское направление России

Иран становится важным игроком на геополитической арене, а российско-иранские отношения переживают подъем, укрепление межгосударственных связей и установление сотрудничества между двумя государствами.

Россия во многом поспособствовала решению ИЯП, не позволив сделать из Ирана государство-изгой. Нынешние отношения России и Ирана переживают небывалое укрепление, два государства находят солидарность и поддержку друг у друга в видении многих политических вопросов. Так, например, поддержка Ирана стала мощным фактором, развязавшим руки России, открывшим простор для оперативных действий в решении проблем международного терроризма.

Сегодня Россия и Иран солидарны в вопросе борьбы с ИГИЛ. Наша страна рассматривает Иран, как важного партнера на Ближнем Востоке. И Москва, и Тегеран понимают, что прежде чем решать внутриполитические сирийские проблемы, нужно установить мир на Ближнем Востоке, уничтожив террористические группировки Исламского Государства. На Западе наши отношения с Ираном рассматривают, как ключ ко всему Ближнему Востоку. Именно контакт Москвы и Тегерана не позволяет западным союзникам сирийской оппозиции поспособствовать силовому устранению режима Башара Асада. И это, безусловно, тревожит европейские столицы и Вашингтон, ведь там желают создать противоречия между Россией Ираном.

Смею думать, что сотрудничество между Россией и Ираном будет только укрепляться. На этой неделе в Тегеране проходит форум стран-экспортеров газа. К созданию этого форума немало усилий приложила Российская Федерация, и наше государство вместе с Ираном – ключевые участники этого форума. Конечно, это площадка для решения экономических вопросов. Россия, с точки зрения своих экономических интересов, рассматривает Иран, как новый рынок для поставок своего вооружения, увеличения товарооборота между двумя государствами, заключения новых выгодных контрактов.

Но вполне вероятно, что и на ее полях зайдет разговор о большой политике. Ведь проблема международного терроризма и борьбы с ИГИЛ по-прежнему актуальна. СМИ сообщают, что президент России Владимир Путин проведет ряд встреч с руководством Ирана: с президентом Ирана Хасаном Роухани и верховным лидером аятоллой Али Хаменеи. Несмотря на то, что обе страны находятся по одну сторону баррикад в сирийском вопросе, некоторые различия в решении судьбы Башара Асада все же есть. Иранское руководство хотело бы видеть Сирию государством исламским. Сгладить эти вопросы, найти общий компромисс и предстоит найти Владимиру Путину в ходе своей иранской поездки.

Не исключаю, что будет и затронута тема создания единой антитеррористической коалиции, которую уже поддержал президент Франции Франсуа Олланд. В Тегеране предложение Москвы, одобренное Парижем может быть рассмотрено с вниманием. Ведь Франция не вызывает такого негатива, как Соединенные Штаты.

 

Персидский поход Кремля: Зачем Путин впервые за восемь лет отправился в Тегеран?

В понедельник, 23 ноября, президент Владимир Путин прибыл в Тегеран для участия в Форуме стран-экспортеров газа (ФСЭГ). На его полях российский лидер провел переговоры с верховным руководителем Ирана Али Хаменеи и президентом Хасаном Роухани.

Надо понимать: ФСЭГ — прообраз будущей газовой ОПЕК — остается в большей степени политической, а не бизнес-площадкой. Владимира Путина, конечно, интересуют перспективы российского участия в СПГ-проектах в Иране, а также «бартерная» схема, по которой «Газпром» сможет поставлять туркменский газ на север Ирана, а взамен получать аналогичные объемы газа на юге Исламской республики. Но решение всех этих вопросов прочно завязано на политику. И едва ли не главный камень преткновения здесь — это поставки Ирану зенитно-ракетных комплексов С-300.

В апреле Путин отменил введенный в 2010 году запрет на продажу С-300 Тегерану. А 9 ноября гендиректор госкорпорации «Ростех» Сергей Чемезов заявил, что Москва и Тегеран подписали новый контракт. По данным российских СМИ, иранские военные получат четыре дивизиона С-300ПМУ-2, которые ранее предназначались для Сирии. Но стороны по-прежнему не договорились о сроках поставок. Российские эксперты утверждают, что С-300 будут поставлены не ранее середины 2017 года. А министр обороны Ирана Хосейн Дехган заявил, что иранская сторона рассчитывает получить «большую часть систем» до конца 2015-го.

Из-за военно-политических разногласий тормозится и целый блок вопросов в торговой сфере. Так, не были реализованы грандиозные планы в рамках сделки «нефть в обмен на товары». Предполагалось, что Иран будет поставлять России нефть для реэкспорта в третьи страны, а на вырученные средства приобретать российскую продукцию — вагоны, гражданские самолеты, строительную и сельхозтехнику, зерно.

Но ни одного барреля нефти Иран так и не поставил. Стороны не смогли договориться по цене, поскольку РФ настаивала на скидке по логистике поставок, поскольку США пригрозили России санкциями за сделку с Ираном, не смогли найти компанию-страховщика для страхования танкеров. Плюс, Тегеран настаивал, чтобы Москва не поставляла его нефть в страны, где у самого Ирана имеются квоты.

В итоге Тегеран обратился к Москве с просьбой предоставить ему кредитные линии для оплаты российских товаров и услуг. По итогам ноябрьского заседания двусторонней межправительственной комиссии было объявлено, что речь идет о двух кредитах — по линии Внешэкономбанка (ВЭБ) и российского Минфина (€ 2 млрд и $ 5 млрд соответственно). Деньги нужны иранцам на оплату совместных с Россией проектов в сфере энергетики и на электрификацию железной дороги Гармсар-Горган-Инчебурун.

Очень вероятно, что кредиты Ирану, несмотря на экономические трудности, России придется предоставить. В нынешней ситуации Тегеран является для Москвы стратегическим партнером в борьбе с «Исламским государством» *, и играет весомую роль в поддержке законного правительства Башара Асада.

Что стоит за визитом Путина в Тегеран, как российско-иранские договоренности повлияют на ход войны на Ближнем Востоке?

— После того, как сформировалась коалиция Россия-Иран-Сирия, а российская военная авиация использует иранское воздушное пространство для нанесения массированных ударов по ИГИЛ, нет никаких сомнений, что Тегеран является важным военно-политическим союзником Москвы, — отмечает директор Исследовательского центра «Ближний Восток — Кавказ» Международного института новейших государств Станислав Тарасов.

— Москва заинтересована и в том, чтобы сотрудничество с Тегераном приобрело устойчивый характер. Сейчас Иран выходит из международной изоляции, и через какое-то время, вероятно, станет ведущим игроком на Ближнем Востоке, который сможет конкурировать даже с Саудовской Аравией. Это дополнительно повышает геополитический вес Тегерана в качестве союзника.

На руку Москве играет и еще одно обстоятельство. США, по всей видимости, переместили фокус своей внешней политики с Ближнего Востока на Юго-Восточную Азию. В итоге, складывается негласная договоренность между Москвой и Вашингтоном в отношении Тегерана, и американцы нашему сближению с иранцами не препятствуют.

«СП»: — Что меняет такой расклад сил?

— В будущем именно Иран и Россия будут активными участниками процесса переформатирования Ближнего Востока. Пока обе страны говорят о том, что необходимо сохранить территориальную целостность Сирии. Но если это не удастся, Иран и Россия будут принимать непосредственное участие в переделе ближневосточного мира.

Кроме того, Иран — это форпост против ИГИЛ на наших южных рубежах. Напомню, в том же Закавказье у нас нет союзников, кроме Армении, а наше сотрудничество с Азербайджаном и Грузией ограничивается экономическим партнерством по ряду отдельных проектов. Я уже не говорю о том, что Иран нам важен и с точки зрения воздействия на процессы в Афганистане.

«СП»: — Насколько нам важен Тегеран как экономический партнер?

— Российские компании сейчас пытаются вкладывать в Иран — прежде всего, в совместные энергетические проекты. Исламская республика имеет выгодное географическое положение для экспорта углеводородов в Азиатско-Тихоокеанский регион, так что российская игра стоит свеч.

«СП»: — В чем главный итог визита Путина?

— Этот визит несет серьезную геополитическую нагрузку. Речь идет о расширении военно-политического сотрудничества с Тегераном, и о подкреплении его экономическими проектами. По сути, мы наблюдаем выстраивание классической союзной системы…

— Сегодня важно осознать, чего Иран хотел от нас все последние годы, — уверен ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН Алексей Фененко.

— Тегеран в первую очередь ожидал от Москвы дипломатической защиты, поскольку шло постоянное давление на иранскую ядерную программу. Но защита Ирана была важна и для нас, поскольку позволяла не создавать прецедент принудительного разоружения государства. Получается, защищая Иран, мы защищали самих себя. Это был первый момент российско-иранского сближения. А с 2012 года у нас с Ираном начало складываться и партнерство по Ближнему Востоку.

Думаю, сейчас главное — это выработка некой совместной с Ираном схемы урегулирования в Сирии. Возможно, именно это обсуждал в Тегеране президент Путин.

«СП»: — Как выглядят контуры этого урегулирования?

— Сейчас для Ирана и Москвы предельно важно сохранить Сирию в ее нынешнем качестве — единого государства. Кроме того, Тегеран обеспокоен ИГИЛ — но только со своего западного (для РФ — восточного) фланга. Имеется в виду часть Ирака, которая все еще находится под контролем «Исламского государства».

Пока речи о мирном урегулировании не идет. Мы не можем говорить о мире ни с ИГИЛ, ни с так называемой сирийской оппозицией, которая контролирует в лучшем случае 10% сирийской территории.

С другой стороны, не идет речь и об участии Ирана в наземной операции против радикальных боевиков. Появление иранских войск в Сирии резко бы ужесточило межконфессиональные противоречия в этой стране, а заодно и в соседнем Ливане.

В целом, пока в российско-иранских отношениях главенствует политика, а не экономика. Сейчас многие считают, что Ближний Восток вот-вот будет охвачен тотальной войной. Причем, сам Иран может оказаться объектом военных действий со стороны тех же США. В таких условиях вопросы экономики отходят далеко на задний план…

— Иран нам нужен для поддержки Башара Асада, — считает научный сотрудник Института США и Канады РАН Геворг Мирзаян.

— Причем, между Москвой и Тегераном наблюдается некое «разделение обязанностей» — иранцы воюют с сирийцами на земле, а мы поддерживаем их с воздуха. Плюс, конечно, Тегеран поддерживает Асада финансово и материально. Но надо понимать: у Москвы и Тегерана интересы в Сирии все-таки разные.

Мы в Сирию пришли, прежде всего, ради подтверждения своего статуса великой державы. И мы можем достойно уйти даже в случае поражения Башара Асада. Путин, напомню, так сформулировал условия нашей помощи сирийцам: мы продолжает воздушную операцию до тех пор, пока сирийская армия наступает. Это значит, что если войска Асада прекратят наступление, мы можем свернуть операцию и уйти с победой.

А для Ирана сохранить дружественный Дамаск жизненно важно. Поэтому иранцы в Сирии готовы бороться до конца.

* «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ) решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 года было признано террористической организацией, его деятельность на территории России запрещена.

Источник


Источник: cont.ws.

Комментарий от редакции:

Путин в Тегеране: укрепление российско-иранского альянса

Николай БОБКИН | источник
 

Владимир Путин впервые за восемь лет посетил Иран. Российский президент выступил 23 ноября в Тегеране на Форуме стран-экспортеров газа (ФСЭГ). В своё время идея создания ФСЭГ исходила от аятоллы Хаменеи, предложившего Москве в 2001 году создать «организацию сотрудничества в газовой сфере, как ОПЕК». Юридически Форум был учрежден в Москве 23 декабря 2008 года, когда министры энергетики стран-участниц приняли устав международного объединения и подписали межправительственное соглашение. 

Главной темой для ФСЭГ остается развитие глобального рынка газа. По поводу того, что такие производители газа, как США, Канада и Австралия не участвуют в этом процессе, государства-члены газового форума не переживают. Сегодня в объединении 14 стран-членов в статусе наблюдателей – ещё 5 государств. 42 % производства газа в мире, 67 % газовых ресурсов, 38 % перекачки природного газа по газопроводам и 85 % торговли сжиженным природным газом находятся в распоряжении членов ФСЭГ. Важность обсуждаемых Форумом тем доказывают прогнозы экспертов, по мнению которых мировой спрос на голубое топливо к 2040 году вырастет на 32% - до 4,9 трлн. кубометров с 3,7 трлн. кубометров в 2014 году. Для России важно не терять свою долю на рынке, и Москва действует в этом направлении, цивилизованно договариваясь с конкурентами за столом переговоров.

Президент РФ в своем выступлении перед участниками ФСЭГ отметил, что ведется позитивная работа с партнерами из азиатских стран, в том числе китайскими и индийскими. «Планируем на азиатском направлении увеличить наши поставки с 6 до 30 процентов — до 128 миллиардов кубометров», — заявил глава Российского государства. Путин отметил, что в готовящийся проект национальной энергетической стратегии до 2035 года закладывается существенный прирост добычи природного газа — на 40 процентов. Если в 2014 году в стране было добыто 578 миллиардов кубометров, то к 2035 году планируется добыть 885 миллиардов кубометров.

Сегодня Иран признаёт, что не сможет конкурировать с Россией в газовой сфере. Москве не нужно переживать по поводу того, что её нишу в области газовых поставок может занять Иран, заявил глава иранского Министерства нефти Бижан Намдар Зангане. Комментируя планы Тегерана относительно газового экспорта, министр уточнил, что страна не располагает магистральным трубопроводом для поставок голубого топлива в страны Европы. При этом Иран готов к переговорам с другими государствами с целью налаживания схемы поставок иранского газа европейским потребителям. Пока же Зангане надеется, что на иранских нефтяных месторождениях будет работать большое количество компаний из России. Аналогичные пожелания были у министра и в отношении газового сегмента. Сотрудничество с Россией будет осуществляться в сфере обмена технологическими достижениями в области нефтегазовой добычи.

 

https://youtu.be/oXx4JhTApb0

 

Еще до заседания глав государств, прибывших на Форум, Владимир Путин встретился с верховным руководителем Ирана аятоллой Али Хаменеи и президентом ИРИ Хасаном Роухани. Перспективы отношений Москвы и Тегерана волнуют многих. Одни страны с одобрением смотрят на российско-иранское стратегическое взаимодействие по региональным проблемам, другие видят в этом опасность своим интересам.

С отменой санкций внутренний иранский рынок (население страны – почти 80 миллионов человек) интересен практически всем ведущим странам мира. К тому же Иран объявил о грандиозных планах во многих отраслях своей индустрии, общая стоимость первоочередных инвестиционных проектов превышает 90 млрд. долларов. Это не означает готовность Исламской Республики открыть двери для всех желающих. К примеру, для США, как и прежде, все дороги в Иран остаются закрытыми. Власти Ирана не проводили никаких переговоров с Вашингтоном по вопросам, не касающимся сделки по иранскому атому, и не собираются делать этого и в будущем, заявил в сентябре аятолла Хаменеи. В отношениях с Ираном Америка продолжает жить в условиях «чрезвычайного положения», президент Обама и в этом году был вынужден продлить на очередной год действие соответствующего закона США, принятого более 30 лет назад. Обе стороны остаются на своих позициях.

Иные планы у иранского руководства в отношении России. Об этом говорит сама встреча Путина с аятоллой Хаменеи. Верховный лидер Ирана редко принимает глав иностранных государств, а когда это происходит, то становится знаком дружественных двусторонних отношений. Беседа двух лидеров продолжалась дольше запланированного, свыше полутора часов. Разговор носил весьма конструктивный характер, отметил пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Особое внимание было уделено развитию торгово-экономического сотрудничества, которое пока заметно отстаёт от уровня политического партнерства. 

В 2014 году товарооборот между Россией и Ираном составил всего 1,68 млрд. долларов. Доля Ирана во внешнеторговом обороте России в 2014 году достигала лишь 0,21%. Объем накопленных российских инвестиций в Иране составляет не более 12 млн. долларов, а иранских в Россию - 5,5 млн. долларов. По итогам 2015 года рост товарооборота, увы, опять не ожидается. И это притом, что осенью прошлого года стороны согласовали совместные проекты стоимостью около 70 млрд. долларов. Тегеран обращается с просьбой предоставить Ирану кредитные линии для оплаты российских товаров и услуг. Возможно, что на встрече двух лидеров этот вопрос был решён. Речь идет в первую очередь о финансировании строительства 3-го и 4-го блоков атомной электростанции в Бушере. Нужны кредиты и для строительства Россией на территории Ирана нескольких теплоэлектростанций, а также для электрификации иранской железной дороги на севере Ирана в районе Горган.

Как и ожидалось, особое внимание лидеры Ирана и России уделили урегулированию конфликта в Сирии, совместной борьбе с терроризмом, а также военно-техническому сотрудничеству. С главой какого государства иранское руководство могло бы обсуждать такие вопросы в доверительном тоне? В этом перечне каждая проблема имеет прямое отношение к стратегическому партнерству, к готовности двух стран сотрудничать в наиболее значимых для их национальной безопасности областях. 

В Сирии воздушная операция России, поддержанная Ираном на земле, уже достигла своей первой цели. Ещё в сентябре падение правительства Башара Асада казалось неминуемым, но Дамаск стабилизировал свое положение и укрепил контроль над значительной частью территории страны. Начат процесс поисков политического решения, полноценным участником которого является Иран. То, что США уже не играют в урегулировании сирийского кризиса доминирующей роли, а Россия возвращается на Ближний Восток, всецело соответствует самостоятельной внешней политике Ирана. 

 

В борьбе с терроризмом у России и Ирана есть общие интересы не только на ближайшее время, но и на перспективу. Обе страны имеют цель убрать с ближневосточной сцены «Исламское государство» (ИГ). Военное сотрудничество Москвы и Тегерана в интересах достижения этой цели стало новым важным фактором международных отношений. Ещё несколько месяцев назад трудно было представить, что иранские истребители будут эскортировать в своём небе российские стратегические бомбардировщики, направляющиеся через Иран для нанесения ракетных ударов по объектам ИГ в Сирии… 

Москву и Тегеран объединяет не одна Сирия. Напрасно США и их союзники надеются, что им удастся расколоть российско-иранский альянс. Вряд ли и Тегеран даже в долгосрочной перспективе может выбрать курс на политическое сближение с Западом в ущерб своим отношениям с Москвой.

 ОКО ПЛАНЕТЫ

 

 VestiNews
Люди,события,факты

http://vestinewsrf.ru


Дмитрий Песков сообщил детали о крушении Су-24 в Сирии
Давно не отдыхал? Выбери развлечение "по душе", не выходя из дома
Спустя годы открывается страшная правда о "Советском Нюрнберге" (фото)
Какая тайна Юрия Яковлева даже после смерти не дает покоя его душе
Миллионы россиян выступили против нового решения правительства
Бывшая жена Меладзе прокомментировала его брак с Брежневой
Эксперты: Действия Турции в отношении Су-24 повлекут последствия
Майли Сайрус разделась догола на сцене
Кадры с пилотом сбитого в Турции самолета (видео)
Стало известно, почему Путин внезапно прервал свое выступление в Иране
Почему Алла Пугачева заменила Галкина
Крыса сделала селфи на телефон спящего в метро мужчины
Здесь собраны все популярные мультики. Можно смотреть на планшете
Дженнифер Лоуренс сделала откровенное признание
Простой метод сжечь жир на боках и животе тратя по пять минут в день

    Добавить комментарий
    Введите код с картинки